2002.06.10 Настоящее морское счастье

Я уже давно не читаю приключенческих романов про пиратов, кругосветные путешествия и дальние странствия. Те книжки, что были у меня в детстве, наверняка сейчас лежат в каком-нибудь дальнем ящике.

Я сижу в купе и тоскливо перелистываю позавчерашние газеты. Поезд везет меня из Петрозаводска в Москву. Я не читаю. Я думаю о кораблях. Я представляю себе натянутые паруса, мачты, штурвалы, шпангоуты...

Мысленно я возвращаюсь назад в Петрозаводск — к тому месту, которое пробудило во мне давно забытую детскую мечту. Там, на берегу Онежского озера, строят корабли. Красавцы под парусами — лодьи, на которых в старину ходили поморы.

Хозяин верфи и всех кораблей   —   Виктор Дмитриев, директор    местного Морского историко-культурного центра. Он рассказывает мне, что поморы называли все свои суда «кочами». Он уверен, что это слово вовсе не русского происхождения — моряки почерпнули его в дальних плаваниях. «Кстати, ведь по-английски автобусная остановка — коч-стэйшн! (coach station)» — замечает он.

Все свои корабли он тоже называет «кочами». А еще — «лодьями» (с ударением   на   первый слог). Самая большая лодья называется «Святитель Николай». На нем уже исходили всю Балтику, проходили через Ла-Манш, Кильский канал  — доходил до Бреста (французского, разумеется). Но в этот раз мне не удалось увидеть его во всей красе — на зиму его решили отремонтировать. Сейчас гигант стоит без мачт и парусов.

Однако отдыхать «Николаю» придется недолго — на лето его уже зафрахтовали норвежцы — будут кататься по Белому морю. Фрахт такого корабля стоит всего $300 в день — вот норвежцы и развлекаются. Вот настоящие романтики! Не то что я — на мою долю остается бродить по кораблю и завидовать. И слушать рассказы о прошлых плаваниях «Святителя».

За окном купе темнеет, сумрак помогает мне отрешиться от соседей, газет и стука колес. Я думаю о кораблях. Легкая качка поезда создает желаемую иллюзию. Я вспоминаю Онежское озеро.

Недалеко от «Николая» стоит другой коч — «Мангазея». Если «Святитель» — это местный ветеран, то «Мангазея» еще только строится. Эта ладья (или лодья?) еще на берегу — корпус уже готов, все остальное будет готово в ближайшие два месяца. Виктор Дмитриев показывает мне на свежее дно корабля и объясняет, что при строительстве не использовали ни одного железного гвоздя — только медь, как в давние времена делали поморы.

Этим летом «Мангазея» отправится в свой первый путь — по озеру, затем через ББК (так здесь называют Беломоро-Балтийский канал) в Белое море — а потом историческим путем поморов к устью Оби и через реку Таз — к раскопанной Мангазее, древнерусской сибирской торговой столице. Когда-то те места были мировым центром по торговле «мягким золотом» — мехами — и приезжавшие сюда с севера поморы враждовали с тобольскими торговцами. Тобольские победили и прогнали поморов — но вот теперь их потомки снова хотят увидеть поморские корабли у себя. В Нефтеюганске создается музей Оби, и его создатели хотят, чтобы коч «Мангазея» стоял у них. Удовольствие иметь у себя ладью стоит всего $50 тысяч.

Помимо строящейся «Мангазеи» и ремонтируемого «Святителя Николая» у озера стоит еще несколько кораблей. Все они дожидаются, пока Онега растает и можно будет отправиться в плавание.

Один из кочей превращен в музей. Помимо компасов и штурвалов его самая любопытная достопримечательность — обшивка днища судна в разрезе. Темное дерево изъедено маленькими глубокими норками — «Это морские черви в Тихом океане поработали», — объясняет Виктор Дмитриев.

Рядом стоит миниатюрная лодья «Любовь» — она была одной из трех «близняшек» — вместе с «Верой» и «Надеждой». Но вопреки расхожей истине «Надежда» и «Вера» умерли раньше — корабли сгнили, утонули или их растащили по частям в Средиземном море. А «Любовь» все еще жива, хотя и у нее была очень непростая судьба. Ее первая команда дошла на ней в Испанию и бросила судно в порту Картахены. Лишь через два года моряки из Петрозаводска добрались до Испании, починили корабль   и   собирались уже отправляться. Поначалу их было трое — почти безумие для судна без мотора, которое имеет лишь один парус и весла. Однако незадолго до отплытия на корабле появился кот. Обнаружив его на судне, таможня отказалась выпускать корабль — испанский подданный не может покидать родину без документов. Пришлось срочно делать коту паспорт, в котором он был обозначен как «матрос-мышелов по кличке Кекс».

Говорят, что Кекс до сих пор живет на даче у капитана, а спасенная «Любовь» готовится к новому плаванию.

Я продолжаю трястись в своем купе и думать о том, что меня не было на «Любви», в Средиземном, когда трое на лодье, не считая кота, налегали на весла, добираясь домой. Меня не было и на «Святителе Николае», когда он наскочил на банку в Кильском канале и ушел килем в песок. Я не стоял по тесть часов на вахте, не расправлял паруса, я не лежал на палубе, глядя в ночное небо, осознавая, что там, за бортом — тоже небо, и мы с ним наедине. Я не ощутил, каково это, знать — что вы вшестером (вчетвером, втроем?) — одни в мире, видимом глазу, что со всех четырех сторон нет ничего, кроме свободы.

Еще не ощутил, но сколько раз прочувствовал — и тогда, в детстве пожирая глазами очередную книжку, и сейчас, возвращаясь в Москву — вновь.

На верфи скоро должен появится еще один корабль. Строительство «Преподобного Зосимы» должно стать самым грандиозным проектом Дмитриева. Дело в том, что впервые эта трехмачтовая поморская лодья была построена еще в 1791 году для нужд Соловецкого монастыря. А В 2000 году в архивах были обнаружены инженерные эскизы и чертежи — и тогда появилась идея воссоздать судно.

Корабль длиной 35 м и водоизмещением 270 т еще начнут строить летом, и хозяин утверждает, что для постройки нужно самое большое — год. Корабли поменьше (и подешевле) строятся и за два месяца, а к такому исполину, конечно, нужен подход особый. Для начала работ нужно около $ 15 тыс., а всего «Зоси-ма» обойдется порядка 1500 тыс.

Корабль может стать музеем поморской культуры или плавучим конференц-залом (салон вмещает до 80 человек). «Преподобный» может участвовать в международных регатах, фестивалях. Одна из основных идей Дмитриева — организация «Соловецкой миссии» покаяния и памяти погибших на Соловках в прошлом веке. «Преподобный Зосима» должен стать символом этой миссии, обойти Европу вместе с экспозицией из Соловецкого лагеря. Наконец, «Зосима» сможет просто возить туристов. Круиз в интерьерах старинного парусного судна, с элементами экстремала — наверное привлекательно. Но не для меня. Я не хочу быть туристом. Я хочу настоящей свободы — как в книжке. Я думаю о кораблях.

За окном вместо желанного плеска волн стучат рельсы. Я возвращаюсь в Москву — надо зарабатывать деньги. В конце концов, 50 тысяч — не так уж и много для воплощения заветной детской мечты.

 

Михаил Зыгарь

Фото Александра Ефремова

Случайные фото из фотогалереи

Слево Дмитриев А.В. капитан поморской лодьи
Слево Дмитриев А.В. капитан поморской лодьи "Святитель Николай", Максимов А.В. член клуба "Полярный Одиссей", Шорохов Е.А. , Громов В, Смирнов В.П.
DSC01441_1
DSC01441_1
DSCN0108
DSCN0108
20140802-DSC_9702
20140802-DSC_9702
Поморский карбас
Поморский карбас
IMG_7270
IMG_7270
1995 год. Строительство шхуны 'Вокруг света' в морском Центре г. Петрозаводска
1995 год. Строительство шхуны 'Вокруг света' в морском Центре г. Петрозаводска
20150715-131112
20150715-131112
IMG_7215
IMG_7215
20120617-IMG_4135
20120617-IMG_4135